В прессе уже не раз раскрывались секреты семейного благополучия министра промышленности Виктора Христенко и министра здравоохранения и социальной защиты населения Татьяны Голиковой. Получив высшие посты в профильных ведомствах, и протащив через парламент ряд полезных для себя законодательных инициатив, эта чиновная парочка установила фактически полный контроль над одним из самых лакомых кусков экономики – фармацевтической отраслью.

В начале этого года министр Голикова, а также ее зам Вероника Скворцова открыто и беззастенчиво лоббировали общеукрепляющий препарат «Арбидол». На майском совещании в Минздраве это лекарство было названо чуть ли не единственным действенным средством от птичьего, свиного и всякого прочего гриппа, хотя практикующие врачи в один голос уверяли, что никаких доказанных сведений об эффективности «Арбидола» им предъявлено не было. Все клинические испытания лекарства проводились исключительно производителем (если вообще проводились), ни одна независимая организация к этим испытаниям допущена не была. А секрет любви министра к сомнительному препарату объяснялся просто: его производство поставила на поток компания «Фармстандарт», которой владеет друг семьи Христенко-Голиковой олигарх Виктор Харитонин.

Стоит ли после этого удивляться, что астрономические суммы из государственного бюджета на производство «Инфлювира» получил близкий родственник Харитонина Лев Григорьев? Точнее, руководимая им компания ФГУП «Микроген», что в данной ситуации особого значения не имеет. Куда важнее понять, какой именно (в денежном выражении) интерес преследовала г-жа Голикова, лоббируя скорейший запуск производства ЖГВ на базе «Микрогена». Судя по тому, что на закупку ЖГВ уже официально выделено 4 миллиарда бюджетных рублей, благодарность г-на Григорьева  «своим людям» в правительстве должна исчисляться не менее чем 9-значными цифрами.

Поражает поспешность, с которой принималось это решение: препарат начали рекомендовать к применению раньше, чем закончились первичные клинические испытания. Недоумение врачей по данному поводу лучше всего отражено в интервью, опубликованном газетой «Трибуна» 12 ноября. Отвечая на вопрос корреспондента по поводу вакцины, производимой заводом Григорьева, старший научный сотрудник Лаборатории исследований новых средств защиты от вирусных инфекций НИИ гриппа СЗО РАМН Игорь Никоноров не скрывал своего раздражения:

– В нашем НИИ проходили клинические испытания вакцин, разработанных НПО «Микроген». Испытания по живой вакцине близки к завершению, последнее с участием добровольцев запланировано на 18 ноября. После этого результаты проанализируют, и будет решаться вопрос о лицензировании.

– Но Минздравсоцразвития сообщает, что уже с 9 ноября начнется вакцинация «групп риска». Как же так?

– А это уже вопрос к Минздравсоцразвития и Роспотребнадзору. Про наш институт я могу сказать только одно: мы работаем без выходных, но нарушать протокол испытаний не собираемся, да и права такого не имеем...

Зато такое право, очевидно, сумели присвоить господа Григорьев, Харитонин и Голикова – и кроме, чем коммерческим интересом, объяснить это нельзя. Ведь эпидемия гриппа вот-вот могла пойти нам спад (что, собственно, и случилось), а значит, для возможности нажиться на этой эпидемии оставались считанные дни. Какие уж тут полноценные испытания!..

В результате людям поголовно начали вводить вакцину, которая оказалась для них, во-первых, категорически не нужной, а во-вторых, потенциально опасной. Тот же Игорь Никаноров в упомянутом интервью сообщил, что применение живой вакцины оправдано лишь тогда, когда вирус гриппа начал мутировать. «Живая вакцина способна защитить от вируса с небольшими изменениями в генотипе, – сказал специалист НИИ гриппа. – Но вирус пока не мутировал. По данным ВОЗ, вирус пандемического гриппа стабилен во всех странах, где был выделен».

Коллеги же Никанорова добавляют, что, будучи произведенной в России, где попросту нет соответствующего биоматериала, эта вакцина может привести к серьезным проблемам со здоровьем. Дело в том, что ЖГВ, скажем, в Америке, производятся на базе куриных эмбрионов, которые выращиваются для этого в сертифицированных питомниках и не содержат патогенной флоры. В России же подобных питомников просто нет, и чем рискует попутно заразиться пациент, которому вводят «доморощенную» живую вакцину, не скажет никто.

– Многие клинисты обеспокоены  тем, что в нашей стране реанимируется «живая» вакцина, – говорит  руководитель клиники Института иммунологии ФМБА РФ, доктор медицинских наук, профессор Наталья Ильина. – По эффективности живые вакцины не уступают  современным инактивированным вакцинам, в которых штамм вируса убит, но побочные эффекты от применения живых вакцин  гораздо более выражены. Даже думать не хочется, что произойдет, если дешевую живую вакцину закупят на государственные деньги, чтобы начать ею массовую вакцинацию. У этого препарата масса противопоказаний, применять его необходимо с большой осторожностью, что практически недостижимо, если использование ЖГВ будет поставлено на поток. В массовых кампаниях должна применяться  только вакцины с высочайшим профилем безопасности, которые соответствуют  всем международным стандартам и признаны во всем мире …

Профессор НИИ вирусных препаратов РАМН Юрий Гендон, в свою очередь, считает, что вирус, содержащийся в «живой» вакцине на основе куриных эмбрионов,  может способствовать не остановке, а напротив, скорейшему развитию пандемии.  Кроме того, такая вакцина категорически противопоказана детям, в России же ее разрешили вводить малышам с двух лет, несмотря на известные побочные эффекты.

– В мире уже были случаи, когда живая вакцина, прошедшая серьезные испытания на безопасность, преподносила неприятные сюрпризы, - говорит профессор Гендон. – Например, когда в 2000 году в Швейцарии начали широко применять интраназальную вакцину, выяснилось, что иногда этот препарат может приводить к параличу лицевого нерва.

Заместитель директора НИИ гриппа РАМН Людмила Цымбалова отмечает также высокую степень опасности возникновения аллергических реакций на «куриный» компонент ЖГВ и, словно резюмируя слова коллег, говорит буквально следующее:

– В противостоянии столь серьезному врагу здоровья россиян, как грипп, в первую очередь должны учитываться интересы людей и государства, заинтересованного в здоровье нации, а вот корпоративные интересы производителей и поставщиков вакцины должны отойти на второй план.

Но, очевидно, в головах правительственных чиновников и уже тем более фармацевтических «королей» заложены совершенно иные ценности. Не случайно ведь Виктор Харитонин стабильно входит в золотые списки Forbes с состоянием в $1,1 млрд., а Татьяна Голикова активно помогает ему и его родственникам наращивать капиталы.

Единственной досадной помехой в этом плодотворном процессе остаются врачи, которые упорно не могут понять, почему их заставляют лечить пациентов не тем лекарствами, которые действительно помогают и, а теми, которые рекомендует правительство. Точнее, все прекрасно понимают, что сегодня России в большей степени нужна вакцина от вируса наживы, нежели от вируса «свиного гриппа», раздутого как раз производителями лекарственных препаратов. Но такую вакцину люди в белых халатах изобрести не смогут. Здесь, пожалуй, нужно поработать людям в погонах.