Однако за рамками газетной публикации осталось немало таких фактов из жизни и деятельности данных героев, которые, скорее всего по моральным соображениям, издание просто не стало включать в тот очерк. Хотя для полноты картины и для полного портретного сходства – стоило бы.

Герман Политимский остался в памяти его коллег и знакомых как удивительно «скользкий» тип, у которого моральных принципов нет и никогда не было. В школьные годы воровал из карманов в гардеробе. Самая большая, по его словам, детская мечта-идея: идет по улице и находит бумажник, набитый деньгами. Ему даже снился этот бумажник. Но он его так и не нашел.

В девятом классе, будучи в гостях у приятеля, остался в комнате один, стал обшаривать шкаф, нашел там деньги украл. Первое, что сделал на украденные деньги – купил проститутку у Казанского вокзала. Уже взрослым, со смехом рассказывал в компании, как на него даже не могли подумать. В те же годы из интереса несколько раз воровал небольшие вещи в супермаркетах. Ни разу не попался, но очень переживал и испытал огромный страх. Видимо, именно этот страх не пустил его по обычной воровской дорожке.

После школы с трудом поступил в вуз. Учился средне. Гораздо больше времени и сил отнимала фарцовка: он продавал и перепродавал вещи, аппаратуру, технику… Говорил потом, что неплохо наживался на «богатеньких» однокурсниках. При этом терпеть их не мог, но перед богатыми – заискивал (как и всю жизнь!), стараясь придумать, как выманить у них побольше денег. Уже тогда главным смыслом его жизни стали деньги. Причем, не заработанные, а волшебным образом как-то к нему попавшие.

«Денежная» философия отразилась и на выборе им приятелей: только состоятельные! С теми, кого судьба «опускала» по материальной или служебной лестнице, он просто переставал общаться. То же самое касается и его женитьбы. Он с детства был знаком со своей нынешней женой Еленой Политинской., но никакого интереса к ней не проявлял. И вдруг выяснил, что папа у нее стал очень состоятельным предпринимателем. И тут же Герман стал ухаживать за Леной и женил ее на себе.

Тесть подарил молодым дом в Жуковке, огромную квартиру в центре Москвы, сделал зятя своим заместителем по бизнесу с очень неплохим окладом. То есть, Герман вытащил «счастливый» билет – тесть полностью обеспечивал безбедную жизнь семье дочки. Но Герману этого было мало.

Он начал активно подворовывать со счетов компаний тестя. При этом вел очень активную сексуальную жизнь на стороне: с сотрудницами вступал в половую связь прямо у себя в кабинете, с проститутками посещал сауны или гостиницы. При этом, говорят, снимал женщин попроще, уверяя, что больше 200 долларов из принципа не платит. Правда, один раз за свою скупость поплатился – «подцепил» половую болезнь, которую удалось залечить так, что жена не заметила.

Еще одной страстью Политимского были автомобили. Любил он полихачить, погонять… Один из автомобилей велел раскрасить под милицейскую машину, установил «люстру» на крыше. И гонял на ней, сигналя и светя. Правда, световую атрибутику пришлось снять, когда нарвался на принципиального гаишника (это было в 2006 году), который не повелся на взятку, а составил протокол… В общем, появилась у Германа строка о привлечении к административной ответственности, а от светового сигнала пришлось отказаться.

Мошенничество, на котором спалился Герман Политимский, связано было с одним коньячным предприятием, под залог которого был взят кредит. Деньги Герман с товарищами тут же своровал – перевел на свои компании. Воровство обнаружилось, дело не стали заминать (там больше 1000 миллионов рублей ушло!). Что интересно: завод принадлежал… его тестю! То есть, Герман воровал в своей же семье.

Хотя не факт, что он собирался в этой семье оставаться. Поскольку у него в Москве параллельно с женой были еще две «наложницы Ирина П. и Майя О., которых он полностью содержал. Говорят, что к Майе он испытывал особенно близкие чувства. И собирался оставить ее на долгие годы. А жениться он мог и на какой-нибудь очередной дочке другого богатого человека. Когда в этой семье достаточно много будет присвоено. Именно так он обиняком полушутливо заявил в одной компании близких ему людей.