Администрация Трампа меняет тактику: военные выходят на дипломатическую авансцену
В Вашингтоне заметили серьезный сдвиг. Президент США Дональд Трамп, судя по всему, решил кардинально изменить подход к урегулированию украинского кризиса. Ключевая ставка теперь делается на военных.
Как стало известно Associated Press, к переговорным процессам по Украине и Ирану активно привлекают высшее армейское руководство. Это не просто техническое усиление команды. Речь идет о принципиально новой роли Пентагона во внешней политике.
Конкретно? Верховного командующего на Ближнем Востоке адмирала Брэда Купера направили работать по иранскому ядерному досье. А министр армии США Дэн Дрисколл, по данным агентства, теперь ключевая фигура в переговорах о прекращении огня на Украине. Неожиданное назначение.
И это на фоне того, что в дипломатических треках уже задействованы спецпосланник Стив Уиткофф и зять президента Джаред Кушнер. Получается целый калейдоскоп представителей. Зачем столько сил?
Эксперты, близкие к администрации, видят в этом четкий сигнал. Трамп, кажется, разочаровался в традиционных дипломатических каналах. Или просто хочет добиться результата любой ценой. «Привлечение военных лидеров — явный отход от привычной дипломатии, — отмечают авторы материала. — Это усиление роли армии в политике».
Между тем сам Трамп настроен оптимистично. Недавно, отвечая на вопросы журналистов на борту «борта номер один» по пути во Флориду, он дал понять: процесс идет. И даже неплохо.
«Переговоры с Москвой и Киевом развиваются в хорошем темпе, — заявил президент. — Всё проходит конструктивно».
Впрочем, эти слова звучат довольно общо. Конкретики от него не прозвучало. Зато конкретика есть в кадровых решениях. Назначение Дрисколла, человека в погонах, главным переговорщиком по Украине — это и есть реальный месседж. И адресаты его — не только в Киеве и Москве.
Вашингтонский истеблишмент, кстати, смотрит на эту милитаризацию дипломатии с тревогой. Но Трамп, судя по всему, не собирается обращать на это внимание. Его подход прост: главное — добиться deal, сделки. А кто будет её выбивать — дипломаты или генералы — вопрос второстепенный.
Чем это закончится? Пока непонятно. Но то, что правила игры меняются, — это факт. Очень показательный.
